Заинтересовала наша статья? Расскажите друзьям!

Александр Солженицын — почему его считают реинкарнацией Достоевского разбирались писатель Алексей Курилко и журналист Анастасия Белоусова.

«Война и мир» в 10 лет

Анастасия БелоусоваИ вот, Алексей, я опять ощущаю полную ничтожность перед героем, о котором пойдет сегодня речь. По своей эпохальности я бы сравнила его со Львом Толстым. При том, что он был любимым писателем нашего героя: Солженицын прочел «Войну и мир» в 10 лет и уже тогда, по его же воспоминаниям, почувствовал «особую тягу» к произведениям большого формата. В 18 лет этот уже не мальчик, но юноша начнет писать книгу «Красное колесо», которую завершит лишь спустя 50 лет.


Алексей Курилко Анастасия, ты слишком слепо доверяешь самому Солженицыну и его многочисленным биографам. А те, само собой, готовы раздувать фигуру Солженицына не то что до Толстого, до самого Господа Бога.

Лично я не верю, будто Солженицын прочел «Войну и мир» в 10 лет. А если прочел, то тем хуже для Солженицына, поскольку истинное понимание данного романа приходит с годами. И читать в 10 лет четыре книги романа «Война и мир» столь же бессмысленно, как читать Библию убежденному и ярому атеисту любого возраста.

Солженицын на обложке журнала "TIME"
Александр Исаевич стал нобелевским лауреатом 8 октября 1970 года. Обложка журнала TIME
В то, что в 18 лет он стал писать «Красное колесо», я тоже не верю. А если бы мне предоставили неопровержимые доказательства того, что оно реально писалось им с 18 и до 70, то я бы наконец понял, почему эта книга настолько неровная. К примеру, насколько гениально написаны главы «Ленин в Цюрихе», настолько нудно, схематично, пресно и коряво написаны многие другие главы.

При этом я признаю его величие и полагаю, что Нобелевскую премию он, конечно, заслужил. Но это не значит, что я буду закрывать глаза на его слабости и ошибки.


Мастер или гений?

Анастасия Белоусова Думаю, как и у любого человека, у Александра Исаевича были свои недостатки, но все равно говорю о нем с придыханием. Написать такое количество документальных романов, так доступно и одновременно жестко, может только настоящий мастер.


Алексей Курилко Какое точное слово подобрала ты! Он — мастер! Толстой, Чехов, Булгаков, Шолохов, Пастернак — это величайшие художники, гении и творцы. А Солженицын — одаренный и трудолюбивый мастер. Этим и объясняется такое огромное количество его литературного наследия. Упорство и труд все перетрут.

Шаламов из заключения вынес всего лишь одну горькую книгу — «Колымские рассказы» — и с трудом смог ее опубликовать мизерным тиражом. Ее появление долгое время даже не замечали. А тот же Солженицын пальцем о палец не ударил, чтобы помочь брату по тяжелому кресту и перу, зато из собственного заключения «выдоил» все, без остатка. Хватило на четыре тома документального романа и три тома художественных, не считая рассказов.

И своими книгами он заявил о себе громко, всему миру. Сделал немыслимую карьеру на своих пяти годах лагерей, из которых три года — работа в «шарашке» (так называлось конструкторское бюро в тюрьме — Авт.) плюс семь лет жизни в ссылке, уже вольным человеком.

По сравнению с 25 годами Шаламова — это ничто! Тем не менее его арест и лагеря только закалили, сделали, как он сам признавался, по-зековски хитрым и расчетливым, а Шаламова эти годы сломали: на волю вернулся он уже глубоко больным человеком, как физически, так и психически…


Титан ХХ века

Анастасия Белоусова Алексей, я согласна, что Солженицын был невероятно целеустремленным и трудолюбивым человеком. Он даже в лагере поражал всех тем, что круглосуточно читал 4-томный словарь русского языка. Тюремщики смеялись, а он тем временем досконально заново изучал язык.

А глубину такую может передать человек, переживший огромное количество боли. Еще бы! Даже его даты рождения и смерти говорят за себя: 1918—2008. Мы все знаем, что это за годы! Вообще, поколение, рожденное в начале ХХ века, — это душевные титаны, на чью долю выпали две войны, ссылки, репрессии.

Не пропустите  Мистика Гоголя - Проект «Литература с Курилко»

И Солженицын — это образ вот такого вот титана, хоть на вид — обычный сельский мужичок. Теперь ведь молодежь, например мой сын, думает, что титаны — это супермен, трансформер или бэтмен. И мне приходится ему рассказывать, что настоящие титаны, титаны высокой пробы, которые гонимы и одновременно любимы Богом и выполняют Его миссию, выглядят максимально просто, как обычные люди. Как, например, Солженицын.


Реинкарнация Достоевского

Алексей Курилко Нет, Анастасия. Прошу, не позволяй страшному опыту и ужасным событиям в биографии Солженицына затмевать его истинное лицо — довольно циничного, еще раз повторяю, весьма расчетливого и не всегда открытого и справедливого человека.

Вот ты имела неосторожность сравнить его с Толстым. Но последний, особенно в годы глубокой старости, был и оставался чистым нравственно человеком. Благородным неимоверно и глубоко верующим, несмотря на то, что официальная церковь предала его имя анафеме при жизни. Другое дело Солженицын!

Я согласен с теми, кто сравнивает его с Достоевским, кое-кто даже считает его, Солженицына, реинкарнацией Федора Михайловича. Суди сама. Оба прошли арест, каторгу и ссылку. Оба вернулись и написали о лагерях взорвавшие общество книги. Обоих впервые вывел на свет первой публикацией самый передовой журнал столицы.

И Солженицыну, и Достоевскому покровительствовали главные редакторы передовых изданий: Достоевскому — Некрасов и его журнал «Современник», а Солженицыну — Твардовский и его «Новый мир». И оба затем предали своих покровителей, да еще и вместо благодарности оставили о них не самые лестные воспоминания.

Эпоха «Архипелаг ГУЛАГ»

Анастасия Белоусова О, Алексей, я помню, как появление в нашем доме книг «Архипелаг ГУЛАГ» «взорвало» обитателей. На кухне мои родные и их друзья спорили, обсуждали каждую книгу так громко, что слышно было через две двери!

Сейчас я понимаю, что на самом деле там, на кухне, вместе с этими, в черно-красных тонах книжками в тонком переплете, ломалось мышление и мировоззрение целого поколения. Поколения людей, которые прежде жили с уверенностью, что живут правильно, идут правильной дорогой и хранимы государством.

Солженицын возвращение в Россию
Писателю было позволено вернуться на родину только в начале 90-тых гг ХХ века.
Фотохроника ТАСС
Сейчас, когда вокруг сплошной развал, я уже и не знаю, что лучше: жить, как мои родители, или — как я сейчас? Так вот, думаю, именно там, на кухне, произошел окончательный развал СССР для моей семьи. И скорее всего, так было на сотнях тысяч кухонь стран бывшего союза. И одним из ключиков к этому стал Солженицын. Факт есть факт: был писатель, чьи книги разорвали весь мир и стали ключевым моментом.
Алексей Курилко Никто не спорит! «Архипелаг ГУЛАГ», как и в свое время «Записки из мертвого дома» Достоевского, взорвал мировое сообщество. Но прежде ГУЛАГа, к твоему сведению, была публикация в «Новом мире» повести «Один день Ивана Денисовича», помнишь?


Бездушное чудовище

Анастасия Белоусова А! Ты продолжаешь искать и проводить параллели между Достоевским и Солженицыным?


Алексей Курилко Да зачем их искать, Анастасия?! Они, что называется, налицо! Они даже внешне необыкновенно похожи: и борода, и ранние залысины, и глаза, полные одновременно доброты и хитрости. А сколько совпадений в личной жизни обоих!

Кстати, первая жена Солженицына называла его бездушным чудовищем. А этот нездоровый интерес к еврейскому вопросу! И оба об этом много писали. Солженицын в книге «Двести лет вместе», а Достоевский в издаваемых при жизни «Дневниках писателя».

Не пропустите  Как Толкиен сказку сделал былью

Наконец, то, что оба к концу жизни пришли к полной перемене своих ранних взглядов: стали ярыми русофилами и антизападниками. Оба крепко стояли на позиции, что Россию спасут только две вещи: монархия и православие. И были яростными противниками всякого бунта, революции или даже оппозиции власти.


Вермонтский отшельник

Анастасия Белоусова Ну, Алексей, не вини его!


Алексей Курилко Я никого ни в чем не виню, я лишь констатирую факты, Анастасия. И не создаю себе кумира.


Анастасия Белоусова Погоди! Он и сам прекрасно понимал, что стал «ключевым моментом», когда его наконец реабилитировали и позволили вернуться домой. Как понял и то, что будет дальше — и удалился от политики 90-х, раскритиковав ее. Человек, который написал «Красное колесо», прекрасно осознавал, что любая революция, любая смена власти — это колесо, которое закручивает и превращает даже титана в песчинку, ломает тысячи жизней и ничего доброго не несет.


Алексей Курилко Иногда без революции не обойтись. Иначе власть начинает превращать народ в стадо, которое не имеет никакой свободы и существует только для того, чтобы его доили и стригли.


Анастасия БелоусоваАлексей, думаю, ему было тяжело все это осознавать. Да и вообще жить ему было несладко. И если бы он не писал, то наверняка умер бы еще в лагерях. Его тяготили люди. Он что в Вермонте, что в России, по большому счету, жил отшельником. В США его так и называли — «Вермонтский отшельник», потому что он не пускал к себе прессу, посторонних, и дал интервью только раз — французскому ТВ. Именно французы впервые показали тогда, в конце ХХ века, как работает Солженицын над своими огромными произведениями.


Как творил Солженицын

Алексей Курилко Вот поэтому глава из «Красного колеса» под названием Ленин в Цюрихе полностью дает четкий и точный портрет не столько Ленина, сколько автора, Солженицына.


Анастасия Белоусова Знаешь, Алексей, ты слишком сгущаешь краски!


Алексей КурилкоДа он и сам потом не отрицал, что в описание жизни вождя пролетариата он вложил отчасти и свой опыт изгнанного и почитаемого большинством эмигранта, то есть свой собственный опыт.


Анастасия Белоусова Его жена Наталья рассказала, что Александр Исаевич был неприхотлив. Мог есть одну еду хоть целый день, был устойчив к холоду и мог работать даже в неотапливаемом помещении, главными для него были свет и тишина. Кабинет Солженицына всегда был очень светлый. На двух стенах — огромные окна почти во всю стену.

Работал он утром, потому до часу дня даже детям запрещалось шуметь и гонять в мяч. После часа «строгий режим» сменялся обычным. Да, так вот! Меня поразило, как он работал!

Свои рукописи он раскладывал на двух огромных столах по стопочкам. Каждая стопочка — отдельная история. Потом он, как пазлы, складывает их в «систему». С другой стороны — ведь как иначе написать, когда в твоих книгах сотни персонажей, верно? Но все же меня это поразило! Какой титанический труд! Сколько тысяч листов, написанных от руки, которые его жена потом перепечатывала на машинке…


Провал «Красного колеса»

Алексей Курилко В отличие от «Архипелага ГУЛАГа», к слову сказать — это замечательное, даже гениальное произведение, совместившее в себе художественность с документалистикой, «Красное колесо» — тягомотина! Написано, повторяю, неровно и малохудожественно.

Так писали в советское время критики — рыхло и многословно. Для XX, а тем более XXI века так уже писать нельзя! Надо признать, что труд его с годами не настоялся, как коньяк или дорогое французское вино, а перебродив, превратился в уксус. И пить его невозможно человеку, у которого еще остался вкус. А то, что говорит жена, — так ведь на то она и жена, чтобы нахваливать супруга.

Не пропустите  Говард Хьюз. Миллиардер — всем миллионерам пример

Оружие жены и пародия на автора

Анастасия Белоусова Кстати, в вопросах семьи я считаю Солженицына примером для подражания! Кто сказал, что писатель не может быть счастлив, будучи в семье? Конечно, Солженицын был не только глубоко верующим человеком, но и изгнанником. А в изгнании, оторванности от большого социума начинаешь особенно ценить тех, кто рядом.

Солженицын с семьей
Александр Солженицын с женой Натальей и сыном Игнатом. Фотохроника ТАСС
Как здорово ответила его жена на вопрос, не страшно ли было детей рожать (напомню, у Солженицына их трое): «Странный вопрос! Конечно надо рожать! Дети — это наше оружие, наша защита от того давления и прессинга зла. Нас давят, думают, что нас легко уничтожить. А в это время рождается новый маленький «солжененок».


Алексей Курилко Это скорее хорошо говорит о его жене, чем о нем. Все, что ты сказала, это хорошо. Но это не делает самого Солженицына лучше как писателя и как человека. Есть масса литературы, где тебе расскажут и покажут как чрезмерное самомнение делает из большого художника посредственного публициста и мастера, ремесленника. И это грустно.

После «Ракового корпуса» Солженицын не создал более ни одного гениального текста. Он стал поучать людей и проповедовать — а это для писателя начало конца. Художник уступил место мастеру, который поверил в свое величие и перестал слушать советы. А со стороны было виднее. И пародия на него Войновича «Портрет на фоне мифа» — это еще цветочки.

Он отдалился от людей не из-за желания больше творить: он, как Гендель, стал жить в замке своей славы и величия. Он перестал чувствовать пульс времени и вибрацию живых людей. Результатом стал тотальный провал эпопеи «Красное колесо», которую публиковали кусками. После распад и деградация художника проступали все явственнее и четче.


Три счастливых момента

Анастасия Белоусова Тебе нечего о нем сказать хорошего?


Алексей Курилко Есть. Но у тебя это получится искренней! Помню, был в детстве в дичайшем восторге от «Один день Ивана Денисовича» и «В круге первом». «Архипелаг ГУЛАГ» читал и перечитывал раз пять. А вот «Красное колесо» раз десять брал, и, борясь со сном, читал. Но кроме книги «В августе 1914» там читать нечего. Скажи лучше ты.


Анастасия Белоусова Для меня он все равно великий мастер и труженик. Меня поразил его ответ о том, какое время считает счастливым:

«Первое — время казахстанской ссылки. Но оценить я это сразу не смог, так как после освобождения заболел раком. А когда пришло исцеление от болезни, я ощутил, что такое настоящее счастье! Когда ты по вечерам можешь увидеть небо в звездах, а не фонари и проволоку. Я получил любимую работу — был учителем, я писал свой роман „В круге первом“. Потому, когда начались преследования и нам пришлось уезжать, я понял: такой свободы у меня больше не будет. И долгое время так и было: обыски, переезды, изгнание… Второе счастье наступило в Вермонте. Я был счастлив, что могу разложить рукописи по всему столу, не боясь, что услышу стук, и начнутся обыски». Третье его счастье наступило, когда он вернулся домой: «Вы знаете, в Вермонте красивейшие леса и птицы, но они почти не поют! А здесь, дома, у нас весь лес поет… Вот оно и счастье».

Хотите узнать, что почитать еще? Например, у нас есть биография Беллы Ахмадулиной о темной стороне ее таланта, также стоит времени Южный Парк в трех частях — вся история создания South Park глазами их авторов, а еще — знайте — первая песня в космосе была на украинском!

Понравилась статья? Что думаете? Расскажите нам
Заинтересовала наша статья? Расскажите друзьям!