Время чтения: 9 мин

Крупнейшее поле льна-долгунца в Украине — на Сумщине. Ей повезло попасть на одну параллель с Нормандией и Бельгией, где климат для него идеален. Лен в Украине нынче редкость. Но мер Глухова Мишель Терещенко рассказал, как намерен льняное дело возрождать

join.booking.com

Цветущее синее-синее поле тянет не только фотографироваться, но и браться за кисть. В этом году жара и засуха вынудили лен экстренно завершить цветение. Погода частенько заставляет фермеров менять планы и подстраиваться. А культуру, выращиваемую в Украине со времен седой древности, нынче надо втрое тщательнее холить и лелеять.

Поля возле Глухова — самая знаменитая плантация льна в стране, здесь традиционно каждый год проводят «Лен-Фест». Полей вообще в Украине по пальцам пересчитать можно, говорят эксперты. К сожалению, климатические перемены — далеко не единственная проблема производителей натурального волокна.

На память. Теперь лен — редкость, самое то для фотосессии

Бабушкины традиции — все ушло на металоллом

История украинской льняной промышленности завершилась с распадом СССР.

«Технологии, как на Западе, не развивались, ткани были не лучшего качества, но народ брал», — говорит Александр Головий, сотрудник отдела маркетинга Института лубяных культур Глухова.

Сама по себе отрасль существовать не может, жила, пока был спрос на продукцию с сельском хозяйстве и легкой промышленности. Потом изобилие синтетики сделало лен стал менее востребованным. Наложилась перестройка, разруха, а распад Союза стал крахом для отрасли.

«Лен нельзя собирать без спецтехники. Это не зерновые, на которые можно загнать комбайн — сегодня уберет рожь, завтра кукурузу, — объясняет Александр. — Для сбора льона нужны специальные комбайны, очень узкоспециализированные конструкции, которые работают по сути 10−15 дней в году».

Производство этих комбайнов осталось в России и тоже пришло в упадок. Некоторое время хозяйства работали на стареньких машинах, добивали их, ремонтировали. Но эра советских комбайнов окончилась. Вдобавок остановились два крупнейших ленокомбината.

«Им просто отключили электричество. А там система мокрого прядения — непрерывный процесс, который нельзя останавливать, — рассказывает Головий. — Через 2−3 дня начинается процесс ржавения в системе. Так комбинаты загубили, порезали на металоллом».

Потом закрылись заводы первичной переработки стебел на волокно. Но недавно надежда на возрождение традиционной для Украины отрасли появилась.

Битва за лен в Украине — институт и его изобретения

Институт лубяных культур, пока суд да дело, поддерживает коллекцию генетических ресурсов льна.

«Это образцы семян, которые можно высеять и получить растения для дальнейшей селекции, — объясняет Александр Головий. — И выводим новые сорта — надеемся, льняная промышленность возродится».

Лен пробуют катать в рулоны и применять леноподбиратель-молотарку

Даже есть идеи, как собирать лен без спецтехники и обрабатывать без исчезнувших заводов. Стоит задача поддерживать семенной фонд в рассадниках, чтобы в любой момент за 2−3 года довести его до промышленных объемов.

Если в первый год высеять 5 кг, получишь осенью 200, с 200 — 5 тонн, а это уже серьезный объем, за который может браться хозяйство с полем в 50 га. Нынешние сорта льна, по словам Головия, куда лучше старых — институт борется за качество волокна.

«При Союзе партия командовала — дайте количество, мы и давали. А заграничных заказчиков больше интересует качество, — объясняет эксперт. — Клиент хочет изделия, приятные к телу, а из грубого волокна такие не получатся».

А значит, в самом растении на стадии вегетации должны формироваться тонкие крепкие волокна. И одно из направлений работы Института — вывести сорта с высоким качеством волокна.

«Один такой сорт уже высевается в Украине — «Гладиатор», — признается Головий.

Лен в Украине — отступает перед климатом

Вторая цель — засухоустойчивые сорта. В последние годы климат значительно изменился, Полесье постепенно превращается в лесостепь, а льну нужна влага для нормального роста.

«Это капризная культура. В этом году три недели засуха держалась, жара, и растения не добрали 20 см высоты», — приводит пример он.

А еще хочется повышать продуктивность по волокну и семенную. С недавних пор льном заинтересовались и диетологи — источник полиненасыщенных жирных кислот, витаминов и минералов. А это дополнительная статья доходов. Институт существенно недофинансируется, говорит Головий. Госбюджет покрывает примерно 5−7% его нужд. А сотрудники уже с полгода не получают зарплаты в полном объеме. Если бы не хоздеятельность — можно было б его закрывать.

Дело техники — нужны леноподбиратели

Заграничная техника дорогая — компания «Линен оф Десна», запущенная в Глухове при помощи инвесторов, и сама купила б/у. А Институт предлагает новые способы сбора льна. Они неидеальны — не позволяют получить длинное традиционное волокно, которое напоминает длинные русые косы.

Выходит масса коротких, но для производства котонина и такое подходит, говорит Головий. Есть еще несколько разработок на стадии экспериментов. Например, лен, собранный комбайнами, пробуют катать в рулоны. Применять леноподбиратель-молотарку.

«Первый механизм срывает лен, раскладывает на поле, он подсыхает, а потом наш подбирает эту ленту, обчесывает головки с семенами, — рассказывает Головий. — Пока в единственном экземпляре такой».

А еще льну нужны специалисты. «Нам повезло отыскать и набрать людей, которые раньше работали на пенькозаводе, а заканчивали техникум при ленокомбинате в Ровно, — рассказывает Сергей Гайдук, гендиректор „Линен оф Десна“. — Первые годы у нас работал агроном из Франции Оливье, ведал всеми сельскохозяйственными вопросами. Но потом пришла пора отдавать ребенка в школу и он вернулся во Францию».

Лен в Украине — перспективы от Европы до Китая

Мы могли бы снабжать им всю Европу, уверен Головий. Лучше бы иметь для этого свою украинскую технику для сбора льна, доступнее импортных.

«Наш отдел ленарно-технических исследований долго разрабатывал машину для переработки лубяного сырья и наконец экспериментальный образец создан, мы возлагаем на него большие надежды, — признается сотрудник Института. — Если их начнут выпускать серийно и цена будет адекватной, восстановится интерес к этому бизнесу».

Во всяком случае, у иностранцев он огромен. У Института широкие международные связи, в последнее время тесно сотрудничает с китайской Академией наук провинции Хейлунцзянь. Украинские коллеги заинтересовали их коноплей: в Китае растут двудомные виды, которые сложно убирать механическими способами. К тому же, в них высокое содержание тетрагидроканабинола и государство стимулирует искать менее проблемное сырье. А в наших сортах тетрагидроканабинола нет вообще.

«Однодомную ненаркотическую коноплю уже хотят выращивать немцы, выплачивая нам роялти, в США начинаем регистрацию сортов — уже отправили три пробные партии, — рассказывает Головий. — В ЕС допустимый уровень ТГК 03%, а в нашей конопле — 0,08%!»

Если в Украине примут закон о медицинской конопле, это позволит запустить в оборот не только стебли и семена конопли, но и корни, а это в десятки раз более рентабельный способ использования конопли.

Спрос на льняное — мода и коммерция

В Глухове льну могут пока обеспечить только первичную переработку и отправить его в таком виде на экспорт. Нет фабрик, куда бы предприятие могло поставлять для изготовления нити.

«Когда-то пробовали отправлять наш лен в Бельгию, оттуда забирали готовую нить и везли в Киев, где фабрика ткала полотно, — рассказывает Сергей Гайдук. — Но перевозки стоят денег и ткань получалась „золотая“».

Если бы все этапы производства проходили в Украине, льняные изделия были бы доступнее нашему потребителю. Пока в Украине нет желающих заняться этим бизнесом, вынуждены все отправлять за границу.

Натюрель. Простые дышащие ткани в фаворе в Европе

«А там спрос такой, что только давай! — смеется Сергей Гайдук. — В первые годы, когда нас никто не знал, на Китай все уходило».

Китайские бизнесмены норовили друг друга опередить, и подписывали контракты не просто на весь урожай скопом, но и на урожаи будущих лет. У компании есть фабрика по производству шпагата, веревки — на эту продукцию в Украине вообще конкуренции нет. Каждый месяц за границу уходит тонн 20 и тоже нарасхват. С 400 га льна получается в среднем 400 тонн волокна разного качества и их слишком мало на всех клиентов.

Дайте больше — лен в мире в дефиците

«Раньше мы в Европу отправляли 40 тонн ежемесячно, две фуры. А нам говорили — давайте 4, 6! — рассказывает гендиректор компании. — Все бы забрали».

Китай, Польша, Чехия, Франция — все рынки перспективны. С недавних пор Бельгия забирает практически всю продукцию (Мишель Терещенко продал свою долю бизнеса бельгийскому инвестору). Оно и к лучшему, считает Сергей Гайдук.

«Китайцы хитрые коммерсанты. Хорошую цену не дают и скидку урвать норовят», — говорит он. Загрузил им контейнер в январе при морозе -20, два месяца он идет по морю. Где-нибудь на экваторе попадает в +40, появляется конденсат. А китайские партнеры выставляют претензии — намокло, сбавляйте цену. «А в ЕС — загрузил машину, 2−3 дня на доставку и никаких проблем», — говорит Гайдук.

Лен в Украине или кукуруза?

Наши фермеры руководствуются простыми просчетами, говорит Сергей Гайдук. С гектара льна прибыль будет 150−200 долларов, а кукурузы или подсолнечника — 500. Выбор очевиден. Лен выращивать хлопотно. С осени надо почву готовить и сбор многоэтапный. Растения нужно сначала сорвать, сложить в ленту, чтобы отлежался под солнцем, дождем, завелся грибок и начался процесс брожения.

«После этого древесину можно отделить от волокна. А за это время несклько раз перевернуть ленту, чтобы все слои равномерно доходили, — говорит гендиректор. — Затем сбор семян, надо пригнать спецтехнику».

А вылежался лен — спрессовать его в рулоны. При Союзе, по словам гендиректора, лен всегда на дотации был. А теперь сложно получить за него хорошие деньги при всех хлопотах.

«Европейцам мы нужны как дешевый поставщик, дорого они и у себя купят, — говорит руководитель компании. — Пока не на равных с ними торгуем, больше как сырьевая база».

Мишель Терещенко: «Мы будем вкладывать в лен, если нам не станут мешать»

Мер городка Глухов, представитель знаменитого рода дворян, сахарозаводчиков и меценатов Терещенко — известный энтузиаст развития льняной промышленности в Украине. При нем околицы городка снова стали цвести сине-сине, а иностранные инвестиции тонким ручейком потекли в бюджет региона. Он рассказал нам, почему именно тонким и каковы перспективы украинского льна.

Мишель Терещенко

В полях. Мишель Терещенко не прочь выделить 10 000 га под лен

— Мишель Петрович, вы — известный энтузиаст льняной промышленности. Вероятно, вы хотели сделать эту отрасль прорывной в экономике если не страны, то Сумской области?

Если вы мер города в 12 км от России, и знаете, что General Motors, Citroen, Boeing не будут инвестировать в него, надо искать варианты. Я встречался с представителями многих международных компаний, все испробовал, и понял: если у инвесторов есть выбор между Тернополем, Львовом и Глуховом, они не выберут Глухов. А значит, надо сделать им специфическое предложение.

А в городе есть уникальный Институт лубяных культур, который первый в мире получил сорт ненаркотической конопли. Это же так важно! Еще в 2004 году я организовал подписание договора с французами на покупку украинской технологии селекции конопли.

Они платили роялти, которое спасло институт. Стало ясно, что также есть интерес ко льну-долгунцу. Взяли в аренду 400 га земли и начали сеять там лен. Выкупили старый пенькозавод, б/у оборудование и дали 84 горожанам работу.

Это было исключительно правильное решение открыть институт именно в Глухове — там идеальные условия. Хочу теперь создать кластер для льна и конопли, заинтересовано много инвесторов украинских и заграничных. Они говорят: «Мишель, мы будем вкладывать, только если нам не станут мешать».

— А уже были неприятности?

Когда инвесторы купили старый разрушенный пищевой комбинат в Глухове, чтобы производить семена и масло из них, они получили мои гарантии как мера, что их не будет. И делали все по закону, начиная с детального плана территорий, чтобы перестроить комбинат. Первое здание планировали закончить в конце декабря 2016.

Инвестировали миллион, дело к сдаче, а наша Инспекция государственного архитектурно-строительного контроля в Сумах аннулировала разрешение на строительство. Одна неделя до окончания работ! Были суды, апеляции, и после длительной тяжбы инвесторы выиграли. И инспекция выдала разрешение на строительство, дублирующее первое. Абсурд. Одно объяснение — нашлись люди, которым были невыгодны такие перемены в Глухове.

Еще пример. У льна есть всего 8 вредителей, из них 5 в Украине нет вообще. Каждый раз, экспортируя лен, получаем фитосанитарный сертификат на контейнер продукции. Вернее, раньше получали без проблем, отправляя образцы в лабораторию в Сумах.

А в прошлом году нашли у нашего льна болезни из числа тех 5-ти, которых в нашей стране теоретически не было никогда. Киевская лаборатория их не обнаружила впоследствии. Инвесторы готовы вкладывать, но никто не хочет рисковать своими деньгами и временем, видя такое сопротивление.

— А что нужно для развития льняной промышленности? Расширить территорию посевовов, применить новые технологии, оборудование купить?

Хотим засеять большие территории. Вся Сиверщина — зона, идеальная для таких нишевых культур, как лен и конопля. Здесь экологически чистый регион, и зеленый бизнес для него — лучший выбор.

Это зеленый бизнес, тренд последних лет. Натуральное волокно, нетоксичное, human friendly в отличие от стекловолокна, незаменимо для электрокаров. А еще производство biodegradable (отходы распадаются под действием микроорганизмов Ред), никакого вреда экологии.

Считаю, реально выращивать не менее 10 000 га льна на Сиверщине. Спрос на него в мире огромен, дефицит уже более 100 000 га. А лен долгунец растет только в районе 42 параллели. В этой климатической зоне — Нормандия, Бельгия, Нидерланды, немного Балтии, южной Беларуси, Киев и Глухов. Украине от природы выпал уникальный шанс и глупо его не использовать.

Сиверщина. Идеальна для выращивания льна и конопли

—Вы — символ украинских перемен, появились в политике в то время, когда у всех были надежды на рывок вперед. Не чувствуете себя разочарованным?

Я отказался от французского гражданства ради украинского, потому что я думал, буду жить в процветающей проевропейской стране, а не в банановой республике. Я знал, родине нужна помощь после Майдана, и пришел ее предложить. То был невероятный момент для Украины, я думал, он откроет для нее фантастические переспетивы, окно быстрых перемен. Сейчас у нас сын, маленький Никола, ему 8 месяцев и он родился в Украине. Я не хочу, чтобы через 20 лет он сказал мне — папа, ты сделал ошибку, лучше бы я жил во Франции. Работаю, чтобы он находился в Европе, живя в Украине, и гордился ею.

— А что будет, если не получится? Вернетесь во Францию?

Как я могу? Хочу, чтобы сын жил на родине предков, он же казак! А эта часть Сумщины оставалась оплотом патриотизма несмотря на колоссальное сопротивление местных царьков. Ситуация очень непроста, и если Украине будет угрожать разделение, сделаю все, чтобы земля Терещенко оставалась Украиной, а не провинцией Российской империи.

Глухов — город, где родился украинский гражданский национализм. Будучи гетманской столицей, он процветал, был культурным центром. С приходом российских оккупантов все радикально изменилось и народ разницу ощутил. Очень важно, чтобы сегодня Глухов был форпостом Украины, восточной границей не только ее, но и Европы.

Понравилась статья? Что думаете? Расскажите нам