Поддержите проект – поделитесь хорошим с друзьями! :)

Александр Филатов — украинский каскадер с 50-летним стажем рассказал о трюках с лошадьми, создании эффекта невесомости в кино, знакомстве с Джеки Чаном, о работе над «Домом летающих кинжалов» и о съемках фильма в спальне Путина

Что читают с этим материалом?

александр филатов каскадер

Фото А. Яремчук

— Александр, почему вы решили стать каскадером?

Каскадер Александр Филатов: — Не было момента такого, что вот я взял — и решил. Это очень естественно как-то получилось. В юности много занимался разными видами спорта. Лет в 13 понял, что без лошадей не могу. Попал в конно-спортивную школу. И начал заниматься конным спортом. Я жил в Питере, там это была единственная конноспортивная школа. Это считалось круто. Да, в Москве их было 2−3, но в других городах их вообще не было. Оттуда нас приглашали на съемки фильмов. Несколько раз мы съездили как конная массовка. Интересно было.

— Запомнили свой дебют в кино?

Каскадер Александр Филатов: — Как сейчас помню! это был фильм «Дневные звезды». Очень известный режиссер Игорь Таланкин. Все звезды советские и молодая Алла Демидова в главной роли. Зима. Холод. Центр Питера. Мне было 16 лет, нас одели в стрелецкие костюмы. Шапка, усы, борода — все это очень мешало с непривычки. Но мне понравилось. И в центре Питера проходили конные стрельцы, сопровождали колонну пленных. В холщовых робах, разутые, босые… Среди них главная героиня. А я к тому моменту уже несколько лет занимался конным спортом,
и у нас типа факультатива была вольтежировка.

александр филатов каскадер

Первые трудные шаги. На киносъемках — второй справа

— Что такое вольтежировка?

Каскадер Александр Филатов: — Это как джигитовка, где наездники скачут, спрыгивают со стороны на сторону, делают вертушку на седле и прочие трюки. Вольтежировка это почти тоже самое, только лошадь на корде (веревке) бежит по кругу. И если в джигитовке может быть немного грязи в движениях — все-таки это народное, то вольтежировка — это гимнастика на лошади. Носочки оттянуты, ноги не согнуты, руки поставлены. Как гимнасты на брусьях, только на лошади. К тому же, мы в свободное от тренировок время любили на саблях постучать, бичом поработать.

И вот ко мне подходит тренер и зовет к режиссеру. А тот просит меня проехать мимо главной героини, и прямо с седла огреть ее нагайкой по спине. Но только так, чтобы ей не было больно. А мы тренировались так, чтобы контролировать силу удара. Режиссер скомандовали мотор, я подъехал три раза огрел ее. Режиссер кричит «стоп».

Спрашивает у актрисы, почему она не отыгрывает, не реагирует на удары нагайкой. А она удивлена: оказывается, она даже не почувствовала удара! Хотя со стороны видно было что хлыст касается ее, полностью прижимает рубашку к телу. И уже актриса меня просит: «Врежь мне нормально!». Вот так было забавно. И это был мой дебют в каскадерской карьере.

— Откуда у вас появилась такая любовь к работе с лошадьми?

Каскадер Александр Филатов: — В годы моей юности в Питере был кинотеатр, назывался «Кинематограф», где можно было посмотреть хоть какие-то западные фильмы. Нигде ж ничего не показывали. Этот кинотеатр года три, наверное, специализировался на вестернах. И вот мы после учебы и работы каждый день ходили смотреть вестерны. Немного даже сами тренировались делать трюки, хотя падать с лошадей нам в манеже не разрешали. С этим было очень строго. Как-то раз тренер это увидел и двух человек выгнал из манежа. На месяца три отстранил от тренировок, а для нас это было наказание. Но мы втихаря все равно пробовали трюки.

Что читают с этим материалом?

— По сути, вестерны привили вам любовь не только к лошадям, но и к кино?

Каскадер Александр Филатов: — Не только вестерны. Я вообще родился и вырос за стеной «Ленфильма». Не буквально, конечно: там стоял дом, где мы жили в коммунальной квартире. Возле киностудии была 6-метровая стена, но возле нее было в два этажа мусора.

Поэтому еще метра два оставалась, и мы залезали на стену. А за стеной — огороженная площадка, две собаки и огромные мусорные баки, в которые пленку сбрасывали. А она в то время была горючей. Мы прикормили собак, чтобы они не лаяли, сделали крючки на веревках, и в темноте доставали из баков рулоны пленки.

Потом кусочек пленки в фольгу заворачивали и превращали в такую ракету, которая может метров 15 пролететь! Первый мой неудачный пуск был зимой. Пленки наворовали, и пока мама с папой на работе, я закрутил ракету и положил ее не на наружную открытую форточку, а на внутреннюю. Поджег, и она у меня упала между рамами.

В результате все стекла черные, подоконник прогоревший… От папы я получил тогда хорошенько. Этот случай тогда убедил меня, что я буду ракетчиком. А вот съемками я заинтересовался, когда уже все-таки попал на территорию «Ленфильма».

— Вас просто пропустили, или пришлось договариваться?

александр филатов каскадер

Филатов. Долгое время добивался, чтобы в Советском Союзе официально признали профессию каскадера и перестали называть трюкачами. Фото А. Яремчук

Каскадер Александр Филатов: — На проходной киностудии вообще никого из посторонних не пускали. Мы в итоге перелазили через стену на веревках и ходили уже по студиям, знакомились с работниками. Вот так мы начинали внедрятся. Но потом меня забрали в армию, и там я окончательно понял, что надо получить высшее образование. По возвращении домой поступил в Ленинградский военно-механический институт по специальности инженер-механик ракетостроения, и спорт на время отошел на второй план.

— И пока учились в институте, каскадером не работали?

Каскадер Александр Филатов: — Тогда даже официально не было такой профессии, как каскадер. Называли «трюкач». В 74-м году ребята в институте сказали, что я каскадером работаю, это услышал преподаватель, и меня отправили на комсомольское собрание. Сидит 500 человек и им говорят: «Вы представляете, в наших стенах звучат иностранные слова. Он не достоин тут учиться». А другие спрашивают: «Он сам себя так назвал?» — «Нет. Его так назвали». И поставили на голосование. Из 500 человек где-то 480 отказалось голосовать за исключение. Я первый и единственный, наверное, в Советском союзе столкнулся с такой проблемой.

— Как вы из Питера попали в Киев на студию Довженко?

Каскадер Александр Филатов: — Я окончил институт и получил распределение в Киев на завод Артема. Как только приехал сюда, сразу пошел на студию Довженко. Тоже сначала через забор перелез. Потом стал работать на заводе. Работа интересная была, увлекательная. Но и в кино меня тянуло. Я отгулы накапливал, работал в 3 смены, а потом все отпуски проводил на съемках. В итоге в 79-м я уволился с завода, и пришел на киностудию Довженко в никуда. К тому времени я уже женился. Какие-то накопления были, но жили скромно. И я познакомился с Владимиром Коваленко — главным инженером студии. Мы мгновенно нашли общий язык, он приказал ввести должность каскадера. Но никто из вышестоящего начальства это не одобрил. Пришлось идти на компромисс. Написали «актер-каскадер».

— Были какие-нибудь не­­обычные трюки, которые вы делали на студии Довженко?

Каскадер Александр Филатов: — Да, но не связанные с лошадьми. Это был фильм о советских космонавтах, назывался «Возращение с орбиты». Мы с командой работали над тем, чтобы показать невесомость внутри космического корабля без использования тросов. Нам пришлось создать специальную конструкцию с поясом, который крепился на актера.

Благодаря этой штуке в кадре все было очень естественно. И впервые за историю кинематографа все 70 человек комиссии на международном фестивале в Париже (фестиваль «Сложных технических кадров» проводился раз в 4 года) не могли понять, как эти кадры были сняты! Нам с напарником тогда премию выписали, по 25 рублей. А вот Гран-при на этом фестивале не дали только по одной причине: там в условиях значилось, что ролики должны быть с фонограммой на английском языке или просто с музыкой.

А наши чиновники видимо поленились прочитать условия и подали на русском языке с фразой: «Несколько секретов земной невесомости». Лучше бы они ничего не говорили, и просто молча показали бы. Ну хотя бы почетный приз дали.

— Так как все-таки работало это приспособление для создания невесомости?

Каскадер Александр Филатов: — Механизм за спиной, его не видно. Мы называли его шампур: делали на ортопедическом заводе специальный корсет с шестеренками. Электродвигатель вращает шестеренки под поясом, и с помощью этого человек вращается вокруг своей оси, а сам пояс по отношению к камере не шевелится. Полгода думали, как это сделать, а потом еще 4 месяца провисели в павильйоне, снимая наружный космос. Нам повесили станцию «Салют» в натуральную величину. Но самое удивительное случилось потом. Смотрим по телевизору программу «Время», там показывают новость о том, как советские космонавты впервые вдвоем вышли в открытый космос. И по телевизору говорят, что готовы показать эти кадры. И показывают кадры, которые мы недавно снимали в павильоне Довженко!

— А в программе не объяснили, что это студийная съемка?

Каскадер Александр Филатов: — Нет! Космонавты и правда вышли в открытый космос, но их-то никто не снимал. А по телевизору обставили все так, как будто реальная съемка велась.

— Часто приходится придумывать что-то подобное для съемок?

Каскадер Александр Филатов: — Бывает. В кино вообще нужно уметь выкручиваться из разных ситуаций. Был один случай, мне позвонил мой друг Алдо Таммсаар и пригласил приехать на съемки в Финляндию. Я с напарником приезжаю в Хельсинки, он нас встречает и везет в лучший отель, единственный на тот момент, где были президентские апартаменты.

Селит нас в эти апартаменты. Мы, конечно, рады, но чувствуем: что-то не так. Мы живем там 3 дня, нам платят суточные — по $ 1 тыс в день. Но мы не снимаемся. Оказывается, для съемок ему нужны были два лимузина — черный и белый, а тогда в Финляндии было всего лишь два лимузина, и они были у этого самого отеля! Их никто не мог взять, кроме жильцов тех самых президентских апартаментов. А почему вызвал нас — потому что туда селили только иностранцев. Вот так вот вышли из затруднительной ситуации. Но это еще ничего: однажды на съемках меня в спальню к Путину занесло…

Что читают с этим материалом?

— Как это произошло?

Каскадер Александр Филатов: — Снимали один фильм. Я там работал исполнительным продюсером. Выбрали снимать натуру в Константиновском дворце под Питером, а это резиденция Путина. Он там не часто бывает, но все же. Получили разрешения и стали снимать.

— Согласовывали с Путиным?

Каскадер Александр Филатов: — С его администрацией, с охраной и помощниками. Но чтобы снимать, нужно было повесить очень дорогую люстру и пару таких же дорогих картин. И естественно, нужно было кого-то поставить все это охранять. Но все были настолько уставшие после съемок, что никто не соглашался остаться в этой спальне. Согласился водитель нашего микроавтобуса. Мы его закрыли в этой спальне, и открыли уже утром. Заплатили ему за это 1 тыс рублей.

— Как обстоят дела с экшн-сценами? Ведь ваша работа довольно опасна. Часто получали травмы?

Каскадер Александр Филатов: — Горжусь тем, что в нашей команде за все время не было ни одной серьезной травмы. Были, конечно, переломы и сотрясения, но ничего угрожающего жизни. А сейчас что? Сколько смертельных случаев пошло? Молчат об этом. Потому что дилетанты делают, а профессионалов нет. Каждый год один-два каскадера погибает. Пиротехники так вообще, даже сыновей своих умудряются сжечь. Вот предпоследний случай был в Москве: папа делал взрыв в автобусе, а его сын-каскадер не успел выскочить и сгорел заживо.

— Вы работали над китайским фильмом «Дом летающих кинжалов»…

Каскадер Александр Филатов: — Я ставил только конные трюки.

— Как вам работалось над этим фильмом?

Каскадер Александр Филатов: — Тяжело. Все из-за непрофессионализма китайского администратора. Я увидел, что там есть несколько сложных трюков, и лучше их будет сделать с подготовленными лошадьми, которых я знаю. Этот администратор посчитал, что это дорого, сказал, что найдет мне других лошадей, и я их за месяц подготовлю. Но за месяц 5 лошадей невозможно подготовить! Психология лошади устроена так: чтоб ей что-то внушить, одно-два серьезных задания, нужно 6 недель. Это физиология. Я знаю по практике.

С трудом, с помощью знакомых, нашли более-менее подходящих лошадей, я месяц с ними работал, готовил их. В итоге, когда мои съемки закончились, они попросили остаться еще на день, бесплатно — чтобы я проконтролировал сцену, где снимали проезд главного героя и героини на лошадях. Я объяснил, что бесплатно не работаю. Они доплатить не согласились, я уехал. А потом узнал, что при съемках той сцены актеры попадали с лошадей и получили травмы, их даже пришлось отвозить в больницу. Вот так вот «сэкономили».

«Дом летающих кинжалов». Филатов поставил конные трюки

— Какая сцена в этом фильме далась вам трудней всего?

Каскадер Александр Филатов: — Одна из самых утомительных сцен — где главный герой скачет на встречу к возлюбленной и срывает на ходу цветы. Казалось бы, не очень замысловато, но тут есть свои трудности. Нужно на ходу свеситься с лошади на одну сторону, потом подняться и свеситься на другую. При этом делать все в определенное время, и еще срывать цветы!

Главного героя заменял молодой каскадер. День снимаем, два, три… Не подряд, конечно. С перерывами. Нужно же давать коню отдохнуть. Уже не одно поле истоптали. А я не могу понять, в чем дело, и почему режиссеру не нравится. В итоге я посмотрел, как снимает оператор, какие использует объективы — в кадре видны только копыта и рука. Тогда я понял, чего хочет режиссер. Перед очередным дублем я показываю каскадеру два цветочка и говорю, чтобы он первый пропустил, а второй уже сорвал. И завожу коня так, чтобы он скакал слегка в стороне, и каскадеру нужно было прям сильно тянуться, чтобы достать нужный цветок. Это показывает, что даже в такой ситуации герой выбирает цветы, а не просто рвет первые попавшиеся. Тогда режиссеру все понравилось.

— Как заставить лошадь делать то, что нужно для сцены?

Каскадер Александр Филатов: — Нужно буквально учить лошадь падать. Тренировать ее. Работать с лошадьми для меня — настоящий кайф.

— Как относитесь к актерам, которые сами выполняют трюки? Тот же Джеки Чан, к примеру.

Каскадер Александр Филатов: — Нормально отношусь. С Джеки Чаном мы, кстати, познакомились по телефону. Я ему посылал кассету, где были сняты наши трюки. Он очень оценил и сказал, что я сумасшедший. Мы напрямую потом пообщались, когда он в Крыму снимал фильм «Первый удар». У него хорошее мнение о нашей работе. Очень хотел с нами посотрудничать. Но из-за продюсеров фильма не получилось.

Что читают с этим материалом?

Понравилась статья? Что думаете? Расскажите нам

Похожие записи

Самые свежие материалы

Фишки дня — 25 июня. Гороскоп на сегодня, именинники и анекдот

фишки дня, день моряка

Фишки дня — 25 июня расскажут о празднике мореплавателей и первой победе лютеран, кому

Балет «Юлий Цезарь» — интриги, оргии и боевые танцы в Опере

балет "Юлий Цезарь"

Национальная опера Украины готовится представить зрителям новый зрелищный балет «Юлий

Алексей Кондаков: «В моих работах боги живут рядом с нами»

Алексей Кондаков

Автор популярных интернет-коллажей, 34-летний дизайнер Алексей Кондаков рассказал, как незнакомец

Поддержите проект – поделитесь хорошим с друзьями! :)