Время чтения: 3 мин

Творение скульптора Голованя, которое в народе именуют Дом с химерами, — важный туристический пункт в Луцке. Одно из семи «Чудес Волыни» входит в пятерку удивительнейших сооружений Украины. А по нашим впечатлениям — это настоящее место силы, воли и духа.

Все самое интересное в Луцке — в старом городе. Если повернуть от костела Петра и Павла направо, будет дом семейства Косачей — родовое гнездо Леси Украинки. Дальше лютеранская кирха, а потом тихая улочка в яблонях и хризантемах. Дома как дома, и вдруг чудо. Особняк-крепость на зеленом берегу речки Стир. Настоящий Дом с химерами.

Что читают с этим материалом сегодня?

Если прийти рано утром на берег Стира, можно застать хозяина — и зимой, и летом делает заплывы. Поутру заморозки в воздухе -5, а он встречает нас в шортах и с «душой нараспашку».

«По-спартански живу. Прохладно, но поддерживать форму надо», — объясняет владелец дома, знаменитый скульптор Николай Головань. Гению действительно много не нужно. Скромная комнатка-кухня, заваленная всяким добром, плита, стол со стульями и два кота. Где Николай Никитович спит, непонятно. Может, вообще не спит — в его доме и во дворе несметное количество скульптур, барельефов, статуй. Невероятно, что, имея лишь 24 часа в сутках, человек все это мог создать.

Хозяин говорит — кухня еще хранит ауру его сына Николая. Фото А. Бойко

Циркач, художник и строитель создал свой Дом с химерами

Николай Никитович ведет в натопленную ради гостей кухоньку. Она завалена фотографиями, поделками, книгами, бумагами, статуэтками, утварью и продуктами. За ними не сразу разглядишь богатое убранство стен и камина. Хозяин заваривает кофе и разливает «натуральный львовский виски». С удовольствием говорит о себе, погружаясь в далекие воспоминания.

Как с детства не разлучался с зарисовками, поступил в студию при дворце пионеров, и первый учитель был похож на Раджа Капура. Училище во Львове, студенческая юность в одних штанах круглый год, первый «хлеб».

Николай Головань скульптор Луцк, Дом с химерами

Домашняя коллекция во дворе. Фото А. Бойко

«До реформы 61-го года были еще длиннющие купюры, и мне ими выдали в редакции газеты 200 рублей гонорара, — вспоминает Головань. - А тогда стипендия была 20». Подрабатывал грузчиком, газетным художником, натурщиком.

На 4 курсе взял академотпуск и уехал в Крым пережидать творческий кризис. Как-то удавалось и подрабатывать, и альбом наполнять. Спортивную секцию посещать и с парашютом прыгать.

«Сильный, мускулистый был — в цирке номер дали, выступал на брусьях!» — улыбается Николай Никитович. Правда, диплом вынудил оставить цирковую карьеру. Зато вернулся в отцовский дом, выстроил мастерскую, сам расписал, мозаику выложил.

«То было мое время свободы. Посиделок с друзьями и грандиозных планов, — вспоминает мастер. — Но отец умер, хата опустела. Потом ее снесли, мои мозаики пошли под бульдозер. И я понял, что самое счастливое время ушло с ними вместе».

Дом с химерами в Луцке — история

Если не постараться, то ничего не получишь, однажды понял скульптор. И хватался за возможности заработать. Предложил городскому парку оформление своими творениями. В неделю выдавал по две скульптуры, старался.

«И за все заслуги „выходил“ в горсовете участок земли, — рассказывает он. — Там было болотце с хащами, но я всегда мечтал жить у речки. Летел, как на крыльях, писать заявление. Уплатил 19 рублей сбора и дали разрешение на стройку».

Проект сделал известный волынский архитектор Ростислав Метельницкий — попроще, лишь бы утвердили. Пока утряс все формальности, немало побегал с могорычами, вспоминает мастер.

Николай Головань скульптор Луцк, Дом с химерами

Дом с химерами на Лютеранской в Луцке. Всех деталей не рассмотришь и за день. Фото А. Бойко

В 80-м наконец заложили фундамент. «Полтора метра вырыли и цоколь на метр в высоту — речка рядом, болотистый грунт, — описывает сложности процесса Головань. — Потом еще искал по полям некондиционный бетон на закидку. Тогда за пятерку можно было загрузить им „КамАЗ“ и привезти. Жидким доливал. Всего на фундамент ушло 200 тонн».

В 80-х не то что краны-манипуляторы — кирпичи были редкостью. Выписать стройматериалы проблематично. Каждую мелочь надо достать. Кирпичи Головань раздобыл, когда сносили казармы. Рабочих нанял — смотрит, косо-криво и с перекурами. Плюнул, всех отправил: «Думаю: «Я вещи посерьезнее делал, и этому научусь». И стал сам возводить дом по камешку.

Николай Головань скульптор Луцк, Дом с химерами, витраж, бутылки

Новое хобби: вставки из бутылок. Фото А. Бойко

Будни скульптора — экскурсии и слава

38 лет прошло, а внутри дома все еще склад и мастерская, он практически необитаем. Но хозяин довольствуется минимумом и каждую минуту посвящает работе. Собрал рисунки покойного сына-кузнеца, готовит экспозицию для выставки. С удовольствием экскурсии принимает — говорит, у него уже вся Европа побывала и Америка. Еще бы — Дом с химерами в глубинке Украины.

На материалы добрые люди подбрасывают время от времени денег: на одну пенсию много не построишь. Владимир Павлик, местный общественный деятель, писатель и близкий друг Голованя, навещает его почти каждый день и не с пустыми руками. Скоро, говорит, презентует книгу по великом скульпторе, а пока каждый день записывает его высказывания.

«Чтобы тебя видели, надо себя показывать», — цитирует Николая Никитовича писатель. — Или вот: «и мудрость, и молодость — это валюта».

Дом с химерами в Луцке:

дворик-вернисаж с Мадонной и кирпичи 15 века

Дом с химерами Голованя когда-нибудь превратится в шикарный музей. Он, правда, не поместится в границах усадьбы. Сейчас в его дворе перед домом и за ним — склад шедевров, сваленных как попало. Говорят, их тут не менее 500. В каменных вазах цветут розы, на точеных лавочках дремают кошки, в бутылочных стенах ротонды играет солнце.

Вмурованные разноцветные бутылки — новое увлечение Николая Никитовича. Поэтому под ногами там и сям — прямоугольные заготовки со стеклышками и горы запасенной стеклотары.

«Русалку я спас, когда парк разоряли. Вот у меня на тему Рождества — Мария, Иосиф, цари. Эти мать с ребенком еще от отцовской старой хаты остались, — показывает свои богатства скульптор. — А эта работа называется „руки и ноги скульптора“».

Дом с химерами, скульптор Головань

«Руки-ноги скульптора». А как же голова скульптора с гениальными идеями? Но художник видит его именно так. Фото А. Бойко

Бывает, идеи, говорит, одна другую опережают. Эскизы ложатся на бумагу, потом мысль развивается.
Николай Головань скульптор Луцк

Задний дворик. Мадонна с младенцем у стены, за которой кузница. Фото А. Бойко

Мастер аллегорий

Головань — символист и любит загадки. Арка над его воротами, например, начинается по краям и отсутствует в середине: такова задумка!

А есть работы без секрета, а просто с душой. «Балконы великолепны — мы их еще с сыном делали. А на фронтоне — моя главная работа, барельеф „Моя семья“. Ему уже 25 лет — вылепил, когда дети еще маленькими были. Лучшие мои годы…», — продолжает экскурсию хозяин Дома с химерами.

дом с химерами, дом Голованя, скульптор Головань

Барельеф «Моя семья». Дети Николая Никитовича тоже с творческой жилкой. Фото А. Бойко

Задний дворик тоже посвящен семейным воспоминаниям. Уютная площадка под сенью старого каштана залита осенним солнцем. Печальный ангел и Мадонна с младенцем, и целое собрание творений Голованя-младшего. История в усадьбе архитектора буквально под ногами валяется. В ограду и пол вмурованы меченные кирпичи. «Из кладки времен старого Луческа! — объясняет хозяин. — Доставал по кирпичику, на свалках искал».

В постаменте Мадонны — кирпичи 15 века! В ограде и постарше есть. На одном раритетном кирпичике увековечился отпечаток случайной собачьей лапы. Да и каштану уже под 90 лет. Он достался Голованю вместе с участком и не думает его покидать, хотя уже почти подпирает стену дома. Но тут так заведено: настоящую красоту берегут до последнего.

Николай Головань скульптор Луцк, мастер, Дом с химерами

Фуршетная зона. В стол и забор вмурованы бутылки и кирпичи. Фото А. Бойко

Уникальные работы Голованя

В царстве архитектора — полный творческий хаос. Видно, что мастер, как Леонардо да Винчи, одновременно хватается за несколько дел. И, думая о ротонде, понемногу заканчивает дворик с печкой для барбекю.

Каждый день Головань делает обход своих владений. Сразу за каменной оградой — зеленые заросли и речка. Точнее, за забором у него тоже скульптуры — скамейка «Лебединое крыло», например. «Сколько парочек уж на ней пересидело!» — машет рукой скульптор.

скульптор Головань, дом с химерами Луцк

Скамейка «Лебединое крыло». За всем нужен уход, иначе за неделю мусором забросают. Фото А. Бойко

Летом по реке ходили прогулочные лодки, отдыхал народ. Поэтому Николай Никитович из вылазки приносит пластиковые стаканчики, бутылки и тому подобные отходы. «Да это еще что — вот в 90-х здесь ужас что творилось, — вспоминает он. — А сколько моих работ тогда покалечили вандалы! Если б они не пропали, я сейчас, может, на роскошном автомобиле бы колесил».

Время собирать камни и друзей

Николай Головань давно уж не горюет по утраченным произведениям. «Пустяки. Главная потеря — мой сын», — вздыхает. Николай ушел в лучший мир совсем молодым 13 лет назад. Но в доме Голованя почти каждый камешек посвящен его памяти. Принимая гостей, хозяин ставит рюмку с ломтем хлеба у его фотографии. Сын пошел по стопам Николая Никитовича, и по его эскизам Головань уже создал несколько работ. Все наследие пойдет в дворик-музей Голованя-младшего. «Главное, что он у меня был», — часто повторяет скульптор.

От заказов Головань в последнее время отказывается. Деньги, конечно, нужны, но здоровье уже не то — руки-ноги прежней нагрузки не выдерживают. «Ну, не без исключений. Вот брату режиссера Санина (фильм „Поводырь“), например, памятник я сделал», — говорит он.

В Берестечке каменный крест памяти погибших казаков поставил. Хороший вышел крест, «под старину», как будто потрепанный веками. «Когда отдыхали после установки, нас еще и отчитали туристы — решили, что оскверняем старинную святыню», — смеется Владимир Павлик.

Берестечко, памятник казакам, крест, Головань

Крест памяти казаков в Берестечке работы скульптора Голованя люди приняли за старинный. Фото volynnews.com

Но с недавних пор Головань на дальние расстояния не выбирается. В больницу попал, только когда уже прихватило. Дом-мастерская — его ребенок, боль и утешение, гордость и тревога. Головань стал хранителем каменных сокровищ, вроде гнома из немецкой народной сказки. Довольствуется малым, и мечтает лишь закончить экспозицию памяти сына.

Димитрий Ростовский — сын военного стал биографом наших святых

О секретах бодрости и комсомоле

«Я уже собиратель камней», — говорит о себе почетный гражданин города Луцка. Звание это для Голованя так же важно, как и Дом с химерами, который, наконец, позволили узаконить. Приватизировать пока не дают: заповедник. В прошлом году городские власти дали технику и добро, чтобы все скульптуры, бывшие в запущенном состоянии в парке Леси Украинки, свезли, упорядочили и установили на одной аллее.

«Возможно, не шедевры, но очень достойные работы, — говорит о своем творчестве Головань. — Не было бы их, кто бы сейчас со мной считался? В мои годы не в деньгах счастье».

Главные радости мастера сегодня, и по его словам, настоящие лекарства — дом-вернисаж, река и встречи с людьми. Из них он черпает силу и вдохновение.

Желающих финансово помочь Николаю Никитовичу закончить проект памяти сына просим обращаться за номером карты по адресу t. [email protected].

Обидно только, что так и не повидал мир. «В те времена стоило завистнику слово шепнуть куда надо, и твоя поездка накрылась. А от моих успехов многих жаба давила, — вздыхает Николай Никитович. - Я в комсомоле не был, и пионером не очень. Помню, бегу — „ой, папа, меня в пионеры приняли!“. А он мне: „тю, дурной ты. Чего радуешься?“. Так я галстук снял и больше не носил».

Малевич — жены, шпионаж и граненый стакан автора Черного квадрата

Дом Голованя — мистика и химеры

Николай Головань скульптор Луцк, Дом с химерами, башня, Луцк

Замок Любарта. Когда-то соединялся подземными ходами с костелом и, возможно, рекой. Фото А. Бойко

Николай Головань не любит, когда его детище называют «домом с химерами». Но в некотором смысле слова название поместью подходит. Особенно если присмотреться в сумерках и подумать о Средневековье. Дом-крепость отлично вписался в местность. Неподалеку Гнилое урочище и, поговаривают, подземные ходы княжеских времен.

Алексей Златогорский — директор «Специализированного учреждения Волынские старожитности», знаток луцкого подземного мира, тоже о них слыхал. Но не из научных источников, а из легенд. «Существуют ли вообще, не знаем — археологические исследования не проводили. И сегодня поиск подземелий через Стир выглядит нереально: слишком дорогой проект», — говорит он.

О старинных подземельях впервые упомянули польские путешественники в заметках начала 19 века, в 1873-м польский исследователь Тадеуш Стецкий тоже о них кратко писал. А освежили тему уже в наше время. «Гнилое урочище — болотистая местность. С точки зрения геологии, морфологии грунтов, делать подкопы, подземные переходы через реку там удобнее всего», — рассуждает Златогорский.

Подземный Луцк

Николай Головань скульптор Луцк

Музей под землей. Трижды в день туда водят экскурсии. Фото А. Бойко

Ничего удивительного — весь старый Луцк на подземельях стоит. От каменных зданий они уходят вглубь на 2−3 этажа, соединяются между собой сетью.

«Есть ход от замка Любарта до костела иезуитов, но нерасчищенный. Раскопали и открыли для посетителей только часть галереи под самим костелом», — рассказывает краевед и исследователь. Каждую весну талые воды пробивают новую дыру — над системой подземелий образуются провалы.

Для краеведов не секрет, под какими зданиями есть галереи. «Собирались строить офисное здание, я осмотрел — раскопки надо проводить там лет 20. Инвестора на такой проект не найти, — объясняет Златогорский. — Поэтому луцкими подземельями толком и не занимались. В советское время применяли под овощебазы или засыпали мусором».

А вот в Литве, Польше, например, их холят и лелеют. «В старом Люблине в одной такой каменице устроили этнокафе, назвали его „Бесы“. Кладку сохранили — никакой штукатурки, — рассказывает исследователь. — От туристов нет отбою».

Дом из ТОПа

По версии портала «І love to travel», дом Голованя занял второе место среди самых фантастических зданий Украины. На первом месте — «Дом с химерами» Городецкого. Дальше по списку — дом-стена в Одессе и дом-корабль в Черновцах, а еще — избушка «на курьих ножках» по прозвищу Кин-дза-дза (Виннитчина).

Что читают с этим материалом?

Понравилась статья? Что думаете? Расскажите нам