Время чтения: 10 мин

Одна из малоизвестных изюминок Закарпатья скрывается в пгт. Великий Березный. Зеленые в дымке горные массивы, деревянный сруб на вершине горы Яворник и его загадочный хозяин Янко Деревляный. Хранитель Яворника, ее визитка и покровитель туристов.

join.booking.com

Что читают с этим материалом сегодня?

Великоберезнянский район — не самый туристический уголок Закарпатья. Здесь и пива крафтового не варят, и термалок нет. И электрички в эту сторону ходят, по выражению местных, как будто из фильма про войну — ржавые и ободранные. Но терпеливого путешественника ждет награда.

Горный приют и «служба спасения»

Янко Деревляный обосновался на горе Яворник в 70-х. Тогда он еще звался Иван Щур и был приглашен работать художником-оформителем на турбазу. Ее основали в 30-х при чехах (в 1919—1939 годах Закарпатье входило в состав Чехословакии). Яворник уникален тем, что на горе все эти годы оставался домик с хозяином, принимающий туристов.

С 1974 года Янко там фактически распорядитель и охранник. Выстроил два деревянных домика и почти окончил третий, наладил быт в приюте для любителей походов.

У деревянных теремков надежные окна и двери — представить трудно, сколько усилий занимает доставка габаритных вещей по крутой горной дороге. Но зато путники, заплутавшие на горе с полониной, в лесах Великоберезнянщины, могут рассчитывать здесь на хлеб-соль, травяной чай на костре и сухую постель.

Яворник, гора, Закарпатье, хранитель, местный житель, украинец, туризм, путешествие

Его стиль. Борода и шляпа. Фото А. Бойко

Некоторых заблудившихся Янко Деревляный ищет и выводит из лесу.

«Пачками таких спасаю, — говорит. — Иногда травмированных приходится тащить».

За все время на разных людей насмотрелся. Одни слабо понимают, что такое горный приют и интересуются, есть ли в домиках Янко электричество и телевизор. Другие просят принять и подводят: не являются. А Иван Иванович зря ждет их на горе, хотя мог бы спуститься домой, к жене.

Кто-то восходит на Яворник раз в жизни, а Янко — по нескольку раз в неделю. Работы и на Яворнике, и в селе у него хватает. И так всю жизнь, без отпусков и больничных. Деревляным Щур стал, когда в поиске хорошего дерева для своих скульптур блуждал по лесам. Работа с деревом, леса Яворника и гости создали образ жизни закарпатца.

В доме художника — фейсы и коллекция шляп

Домашний музей. В домике Янко — галерея удивительных портретов. Фото А. Бойко

О дереве, камне и красоте Янко Деревляный знает все. Как поведут себя материалы в разных погодных и температурно-влажных условиях, как защитить здания от ветров, как консервировать уникальную стройку и из какого дерева получаются лучшие скульптуры.

Очень хвалит древесину старых самшитов, грабы. Показывает тонко вырезанную кухонную доску-блюдо и свою коллекцию холодного оружия. На поясе у Янко чехол, из него он ловким движением достает нож — не нож, а почти кинджал, вообще-то кухонный, но с ним и на медведя идти не страшно.

В комнатушке хозяина целое собрание самодельных ножей, которые сделаны на века. И топоров, у каждого из которых свое предназначение в здешних местах. «Это мои друзья. Вот этот со мной 40 лет уж ходит, — показывает Янко. — Настоящее оружие для самообороны, а огнестрелов я никогда не носил».

Рядом другой, для повседневных работ, и закарпатское «мачете» для рубки кустарников.

карпаты, яворник, хранитель горы, Янко Деревляный, кухня, домик в горах

На кухне. Янко — хранитель коллекции дивных наливок и настоек. Фото А. Бойко

«У нас говорят — топор или фейса. Эта лесная, с хлестким ударом, а та — дерево тесать. И все рабочие», — рассказывает Янко.

У него еще инструмент сохранился, которому около 200 лет.

«Иногда спрашивают, почему топор тупой. Отвечаю — чтобы больнее было, когда рублю», — шутит Янко.

Свой стиль — своими руками

На стене, под столиком — батарея бутылок. В баре художника — все что угодно от датской водки до мартини. А главное, лесные наливки и настойки с диковинными ингредиентами. Янко дает рюмочку для дегустации и хитро щурится — «ну как, угадал, из чего?».

На стене — галерея рисунков, выполненных карандашом и углем. Медвежья шкура — память о том, как ходили в загон на кабана с братом. Под потолком — веники сушеных веток малины на зимний чай. А где-то в укромном местечке — коллекция шляп. Янко Деревляный, бренд Яворника, невозможен без них. На всех фото он в своем образе — не то лесовик, не то гость из Средневековья.

«У меня их штук 30. Это не баловство, а необходимость, — объясняет хозяин приюта. — Всякие есть — и кепка чешского полицейского, и наполеоновская треуголка».

И меняет головной убор третий раз за день. Кузнецких фартуков, кожаных поясов и прочих аксессуаров, созданных самим мастером, тоже хватает. Все вместе — то, ради чего сотни людей ежегодно просятся к нему в гости, чтобы прикоснуться к лесной сказке.

На чай к Янко

Путников Янко Деревляный принимает в кострище. Это невероятной конструкции сруб с костром по середине, который топится по-черному. Дым выходит сквозь отверстия в крыше, они же помогают облегчить напор ветра на вершине горы. А ветра тут такие бывают, что не только крыша — все строение может запросто улететь, говорит Янко.

Зимой снега — почти в человеческий рост! А пока тепло, его кострище — сказочное место. На толстой перекладине болтаются два чайника и казан. Хозяин на минуту удаляется в лес и возвращается с пучком разнотравья и веток черники, малины, которые бросает в чайник вместе со спелыми ягодами.

Бутерброды со свежим смальцем, соленым укропом и терпкий чай с кислинкой — то, за чем собираются десятки людей у его огонька. Для них тут несколько пеньков и толстые лавки со столом, а в поленнице никогда не переводятся дрова.

С ароматом леса. Гости могут рассчитывать на лучший хербал-чай. Фото А. Бойко

Более колоритного места, чем кострище Янка Деревляного со старинной посудой на полках, деревянными ночвами под сводом и статуэткой-Эйфелевой башней на столбе, дополняющей панораму гор, во всем Закарпатье не сыскать.

Надежная конструкция — климат нипочем

Домик с кострищем, поражающий воображение туриста — не первый проект Янко. Таких авторских домов уже с десяток по горам стоит.

«Бывало, брал оплаченный проект и выбрасывал, создавал свое, — признается хозяин. —  Камень — это моя болезнь, мой наркотик».

Так получается, что горный приют — его дом родной. Летом постоянно наведывается, чтобы соседи-цыгане не подумали, что усадьба без присмотра и не шалили. Зимой тоже глаз да глаз. Снегу выпадает по 2,5 метра.

«Если бы конструкция ненадежная была, давно б развалилась: по 4−6 тонн снега на крышу давит», — рассказывает художник. И лежит он еще в мае. Тут еще старая чешская горнолыжная трасса когда-то функционировала и подъемник был до войны. А на месте «апартаментов» Янко — деревянная хата для чешских туристов.

Гора Яворник со всеми удобствами

Бывший чешский туристический приют чуть ниже усадьбы Янко тоже не пустует. Несколько лет назад запущенное здание, построенное для чешских панов, выкупили и начали реконструкцию. По словам Деревляного, основателя этой базы в 1949-м «культурно попросили» из его детища безо всякой компенсации. Сразу после того разграбили.

Еще жива его дочь, которой на момент раскулачивания было 6 лет. От нее новые владельцы узнали, как функционировал лесной отель десятки лет назад, его истории и предания. Как переживал отец потерю приюта-кормильца. Пару лет тому деревянную часть домика уничтожил пожар (жители Яворника поговаривают — неслучайный).

Яворник, гора, Карпаты, Эйфелева башня, Высокие Татры, панорама

Панорама. Высокие Татры и «Эйфелева башня» из кострища Янко. Фото А. Бойко

Но на старой крепкой каменной основе сегодня достроили современное здание, каких в здешних местах и не видали. В селе поговаривают — немалые деньги в стройку вложили.

Солнечные батареи, стоки с многоуровневой очисткой, подача родниковой воды, которая греется и подается в новенькие душевые. Заведует реконструкцией представитель Общественной организации «Карпатські стежки» Александр Бурсанов, сосед и приятель Деревляного.

Взаимовыручка — то, без чего на горе не прожить. Отношения с соседями Янко называет тонкой дипломатией: они его транспортом иногда выручают, он их — водой и консультациями.

По высшему разряду — музей под открытым небом

Тут и тропинки с подсветкой, и банкетный зал-беседка с местом для ночевки на чердаке, и место для «пионерского» костра, печь-тандыр под открытым небом, пасека и даже свои скульптуры.

Деревянный солдат"-«Швейк», издали приветствующий прохожих, бронзовый «маленький турист» на перилах, которому уже натерли нос до блеска «на удачу». И — копия Янко в металле работы автора трех десятков ужгородских мини-скульптур Михаила Колодко.

гора Яворник, Карпаты

Мини-Янко. Колодко поставил статую на металлический «трон». Фото А. Бойко

«Он впечатлился историей человека, который вот уж 40 лет ходит на Яворник и присматривает за ним, — объясняет Александр Бурсанов. — Колодко говорил, эта скульптура как ни одна другая из его работ привязана к месту и наполнена смыслом».

На подходе к приюту — деревянный крест-распятие работы самого Деревляного. Сам крест был вытесан много лет назад и ожидал своей участи.

«Его задумал еще мой покойный брат, тоже художник», — рассказывает Янко.

И вздыхает — неправильно установили дерево на камень, от перепада температур крошится основа будет.

Пятизвездочная гора Яворник

База, отстроенная Бурсановым и Ко находится на одном из длиннейших туристических маршрутов, проходящих через Яворник. «Закарпатский туристический путь» — это 398 км по красотам Закарпатья. Туристические приюты для усталых путников раньше были нормой и традицию надо поддерживать, уверен Бурсанов.

Его «стежки» занимаются упорядочиванием маршрутов — следят за отметками-указателями на деревьях, состоянием троп и информационными табличками. В прошлом году организация опекала велопробег по склонам Яворника. А база-приют — отдельная тема.

«Мы еще не открылись, а ею уже интересовались чехи, словаки, — говорит Бурсанов. — Через пару дней ожидаем сразу 50 туристов».

По его словам, горные приюты — не отели, у них свой гость, особенный, знающий толк в полудиких красотах и безлюдье.

«Прелесть Яворника в том, что он пока незатоптан массовым туристом, как Говерла. У него свое очарование», — говорит Александр.

С вершины, да и со склона, где домики Деревляного, открывается чудесная панорама на словацкие Высокие Татры и Польские Татры. Леса еще сравнительно нетронуты массовыми вырубками, а поляны на вершине утопают в кустах малины и черники.

Янко Деревляный и его владения

Янко по крутой глиняно-каменной дороге не ходит.

«Вот на такой дороге-сыпучке сосед на квадроцикле и перевернулся, ногу травмировал», — говорит.

У него свои тропки. Причем, по словам Бурсанова, он их намеренно запутал — чтоб интереснее было. Туристы-новички покоряют Яворник за несколько часов, а Янко за полтора у себя дома. Нельзя побывать у него в гостях и не сделать обход владений вместе. Художник прежде всего ведет к роднику, который, на его памяти, ни разу не пересыхал. Хотя и надо закрыть пробкой трубку и подождать, пока в колодце не соберется хотя бы кубометр воды.

Стол и кров. Дерево для дров приходится запасать постоянно. Фото А. Бойко

«А ниже, в природных ваннах, дикие кабаны обычно купаются», — показывает болотца-купальни Янко Деревляный.

Чуть ближе к его домикам когда-то паслось хозяйское стадо поросят — еще следы загородки и «электронного пастуха» остались. Неподалеку его секретная полянка черники, куда цыгане-собиратели и не потыкаются. По любой тропе Янко не просто идет — он работает.

То веточку с куста сломит — мол, как раз на таких обычно сидят клещи и охотятся на глупых туристов в шортах (намекает на меня). То деревяшку с пути столкнет — неудачно ступишь, поедешь и бац — растяжение как минимум. Плетучую ежевику срывает, чтоб под ногами не путалась, мусор подмечает. Перила вдоль тропы над крутыми обрывами — тоже его работа.

Янко Деревляный и его тропа здоровья

Еще и экскурсию проводит. Вот сосна Дугласа, а там канадский ясень — будто ты не в лесу, а в дендропарке. На его тропинках свои достопримечательности. Арка из молодого деревца, почему-то согнувшегося аккуратной изящной дугой. Просека на склоне — деревья непогода свалила, обрушились полосой, как карточный домик.

«Это дерево счастья, — внезапно останавливается Янко. — За эту ветку надо обязательно рукой подержаться».

Друг-топор. Оружие и помощник. Фото А. Бойко

Пока я нервно высматриваю в кустах гадюк, спокойно ступает в заросли. Говорит, за всю жизнь их почти не встречал — гадюки тому попадаются, кто их боится.

«Жил у меня уж Вася. Приходят туристы — он голову из травы поднимет, осмотрится и уползает, — вспоминает страж Яворника. — Потом убил его дурак какой-то».

Янко ведет нас по 3,5-километровой тропе к месту, которое таксисты называют «часовня». Здесь кончаются его владения, в люди с фейсой художник не ходит. Чинно прощается и, забросив топор на плечи, уходит назад в лес. Сегодня ему еще гостей принимать.

«Янко уже давно главная достопримечательность Яворника, — говорит Бурсанов. — Хотим его приют в маршрут внести».

Яворник и его «проходимцы»

Янко за 40 лет всяких людей насмотрелся и делит туристов на три категории. «Позвоночники» — те, кто является к нему по договоренности, по звонку. От них всегда много мороки, вечно что-то надо. То шампура, то котелки. То камней нанесут, то костер переделают — и все без спросу.

«Когда спрашивают, какая у меня профессия, говорю — исполнитель желаний», — шутит хозяин приюта.

Иногда приезжают «олигархи». «Эти приехали, наелись, напились, меня по плечу похлопали и ушли, — описывает Деревляный. — Потому что кинуть в копилку пару гривен им не с руки, а больше — жалко». Больше всего толку от «проходимцев». Шли мимо, завалили бандой, провели пару часов и в путь. Янко настроен философски и старается реагировать на причуды гостей спокойно.

Почти санаторий. Горячий душ и розетки тут на вес золота. Фото А. Бойко

«Нельзя экономить на здоровье и на людях: отвернутся от тебя», — изрекает.

Загадки Яворника

Вся обстановка создает в домиках Янко удивительную атмосферу, даже ауру. Хозяин хитро усмехается и говорит, что немало детей появилось на свет после ночевки родителей в его апартаментах.

«Многие вот так сидели у моего костра, переночевали — а потом объявляют о свадьбе, — рассказывает он. — 22 пары уже Яворник поженил».

Более того, в округе растет столетний бук, которое прозвали деревом плодородия. Янко говорит, старые люди рассказывали, что бук имеет силу деторождения. Он назвал его Йожефом в честь знакомого спортсмена и хорошего семьянина и водит к дереву туристов.

«Особенно Йожеф популярен у немецких групп. Обнимают его», — рассказывает Янко.

Бук, несмотря на возраст, фонтанирует жизненной силой и сражает энергетикой и питает обнимающих.

Есть Telegram? Тогда приглашаем в наш новый канал

Понравилась статья? Что думаете? Расскажите нам